Архив статей

На благо семьи и во имя детей

Интервью главного редактора журнала «Инспектор по делам несовершеннолетних» Владимира ШМАТКОВА отвечает начальник отдела по делам несовершеннолетних Администрации Губернатора Московской области, заместитель председателя Московской областной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав Евгений ЗДОБНОВ.

В. ШМАТКОВЕвгений Александрович, в Московской областной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав за последний десяток лет дела обстояли по-разному. Долгое время ее возглавляла Людмила Ивановна Тропина, человек известный в системе профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. Когда она ушла с этой работы, руководители аппарата Комиссии сменялись быстро, пока на должность начальника отдела по делам несовершеннолетних Администрации Губернатора Московской области и ответственного секретаря, а потом заместителя председателя областной Комиссии не заступили вы. С тех пор минуло пять с половиной лет. Что за эти годы вам удалось сделать?
Е. ЗДОБНОВ: Было решено много вопросов, до которых долгое время не доходили руки. Если же говорить про минувший год, то можно выделить несколько важных моментов. Первое, о чем следует сказать, – это принятие Стратегии действий по обеспечению детской безопасности в Московской области с Планом мероприятий по её реализации, серьезного документа, нашедшего одобрение на федеральном уровне. Насколько мне известно, есть поручение Президента страны о разработке Национальной стратегии по обеспечению детской безопасности в Российской Федерации.
А базой для создания этого документа послужило то, что на протяжении последних пяти лет мы, исполняя региональное законодательство, собирали сведения о случаях гибели, травматизма детей, делали анализ причин и условий, к ним приведших, старались организовать работу, направленную на предупреждения таких случаев. Результатом этой планомерной работы и стала Стратегия действий по обеспечению детской безопасности. Она принималась при непосредственном участии Губернатора Московской области А.Ю. Воробьева, Уполномоченного по правам ребенка в Российской Федерации А.Ю. Кузнецовой, Уполномоченного по правам ребенка в Московской области К.В. Мишоновой.
Уже сегодня очевидно, что реализация Стратегии дала нам возможность не только проводить стандартные профилактические мероприятия по обеспечению безопасности несовершеннолетних в детских садах, школах и других учреждениях и местах сосредоточения детей – они там проводились и раньше, но и организовывать масштабные сезонные профилактические информационные кампании. Так, в минувшем году в летний период в Подмосковье не было ни одного места купания, будь то речка, водохранилище, озеро или пруд, где отдыхающие дети и взрослые не слышали бы объявления об опасности купания в неустановленных местах. Объявления о недопустимости оставления детей без присмотра транслируются в торговых центрах, других местах скопления людей. Ведется большая информационная работа, направленная на предупреждение случаев выпадения детей из окон, профилактику детского травматизма на транспорте.
Второй момент связан с изменениями в законодательстве. Только в прошедшем году мы приняли порядка пятнадцати нормативно-правовых актов, касающихся деятельности комиссий по делам несовершеннолетних и защите их прав. Обновили, с учетом современных требований, все порядки межведомственного взаимодействия – некоторые из них действовали еще с 2006–2010 годов. Детально расписали большое количество проблемных моментов, которые возникали в процессе межведомственного взаимодействия органов системы профилактики.
Сегодня роль областной и муниципальных комиссий по делам несовершеннолетних и защите их прав серьезно усилена теми полномочиями, которые мы зафиксировали в региональном законодательстве. У нас, например, решения о передаче несовершеннолетних, помещенных в учреждения системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних на основании соответствующих актов органов внутренних дел, принимаются не органами опеки и попечительства, а муниципальными комиссиями по делам несовершеннолетних и защите их прав. Почему этим занимаются именно комиссии? Потому что, прежде всего, они как коллегиальный орган могут всесторонне оценить ситуацию, досконально в ней разобраться (почему ребенок остался безнадзорным, беспризорным, какие причины и условия тому способствовали, какая помощь ребенку, семье нужна), чтобы выйти из кризисной ситуации и принять взвешенное решение. Мы постарались законодательно, с одной стороны, усилить позицию комиссии, а с другой стороны, расписать четкий алгоритм действий для каждого субъекта профилактики, сократить время принятия решений. Ведь, несмотря на то что на сегодняшний день комиссии собираются не реже двух раз в месяц (а наши муниципальные комиссии собираются гораздо чаще), есть вопросы, которые требуют немедленного принятия решения.
Этому способствует и использование в работе новых инструментов. Например, проведение заседаний в режиме видеоконференцсвязи: поступили материалы, заявления, которые требуют оперативного реагирования, – они незамедлительно рассматриваются, по ним принимаются решения. При этом все делается на рабочем месте, не нужно тратить время, чтобы куда-то поехать. Все, что от нас требуется, – это известить заинтересованных лиц, когда в режиме ВКС состоится заседание комиссии, и попросить к нему подключиться. А при отсутствии технической возможности определяется место, куда человек может прийти и принять участие в заседании комиссии (это может быть аппарат комиссии, а также любой из органов или учреждений системы профилактики). На сегодняшний день у нас есть инструменты для оперативного принятия решений, а самое главное – все это закреплено в региональном законодательстве.
В. ШМАТКОВ: Комиссии Московской области теперь часто собираются в режиме онлайн?
Е. ЗДОБНОВ: В условиях роста заболеваемости, осложнения эпидемиологической обстановки, связанной с распространением новой коронавирусной инфекции, они собирались именно в таком режиме. Когда напряжение спадает, комиссии (и областная, и муниципальные) работают в обычном штатном режиме. Однако какие-то вопросы все равно приходится выносить на обсуждение онлайн, а что-то рассматривать заочно. В первую очередь это касается целевых вопросов общей профилактики.
Сейчас, когда действуют определенные ограничительные меры, комиссии используют смешанный формат работы: кто-то из членов комиссий участвует в заседании непосредственно, а кто-то подключается к его работе, участвует в голосовании по рассматриваемым вопросам по видеоконференцсвязи.
В. ШМАТКОВ: Что является главным для аппаратов Московской областной, муниципальных комиссий области при организации работы органов и учреждений системы профилактики в условиях сложной эпидемиологической обстановки?
Е. ЗДОБНОВ: Основной посыл работы аппаратов комиссий заключается в том, чтобы помогать людям. Он остается неизменным при всех обстоятельствах. Комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав – это тот орган, куда люди могут прийти и получить помощь независимо от того, где они зарегистрированы и проживают.
У нас во многих муниципальных комиссиях организовано достаточно тесное взаимодействие с волонтерскими, коммерческими организациями, благотворительными фондами. В Подмосковье есть много людей, которые готовы помогать семьям и детям, нуждающимся в поддержке. И наша задача – соединить этих людей, что мы, собственно говоря, и делаем. Например, в преддверии новогодних праздников мы организовали новогоднюю акцию, готовили подарки для детей, находящихся в социально опасном положении. Многие муниципальные комиссии собирали письма от детей с пожеланиями на Новый год, то есть не просто имели намерение что-то подарить детям на праздник, а именно хотели сделать желанный для них подарок. Ведь в семьях, находящихся в трудной жизненной ситуации, социально опасном положении, родители в силу материального неблагополучия просто не имели возможности это сделать, поскольку в письмах дети высказывали пожелания получить в подарок планшеты, мобильные телефоны, велосипеды, другие достаточно дорогие вещи. И комиссии пришли им на помощь – благо среди наших партнеров-благотворителей есть организации, обладающие большими возможностями.
Например, у некоторых из комиссий налажено взаимодействие с операторами сотовой связи. Казалось бы: где – операторы сотовой связи, и где – комиссии... Тем не менее нам помогает МТС, оказывает благотворительную помощь в виде безвозмездного предоставления проблемным семьям и детям смартфонов, цифровой техники. Для специалистов аппаратов комиссий организация подобного сотрудничества является дополнительной нагрузкой к их основной работе, ведь никакими должностными инструкциями это не предусмотрено, и мы этого не требуем. Но также мы понимаем, что у ведомств и учреждений системы профилактики, органов соцзащиты, образования и других, нет возможности что-то делать не в рамках законодательно четко закрепленных за ними функций.
В этом плане у комиссий по делам несовершеннолетних и защите их прав, как у органа государственно-общественного, возможностей гораздо больше, в состав комиссий входят и представители общественности. На мой взгляд, это нормальная практика, когда люди, получая в официальной инстанции отказ в какой-то выплате, потому что законодательно у них нет права на получение этой льготы или выплаты, приходят в комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав и им там помогают – кому-то продуктами питания, кому-то – вещами, кому-то – бытовой техникой. У нас были случаи, когда за счет волонтеров и спонсоров мы давали в частные дома тепло: ставили котлы, подключали газ. Памятна история с многодетной семьей, попавшей в трудную жизненную ситуацию, проживающей в Раменском городском округе, когда за счет спонсора семье сначала установили в доме газовое оборудование, котел, а потом подвели к дому газ и газифицировали домовладение. Это нормальная история. Благодаря такому нашему отношению к людям, у них меняется отношение к комиссии, они уже не воспринимают ее как некий орган, который только и делает, что наказывает, карает. Многие знают, что комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав не только назначает штрафы, но и реально помогает.
Некоторые коллеги из ведомств системы профилактики, общаясь с проблемными родителями и детьми, нередко их пугают: «Вот отправим вас на комиссию, там вас накажут». Я, конечно, стараюсь подобное пресекать, объясняю коллегам, что комиссия – это орган, который, действуя в рамках законодательства, не только выписывает родителям штрафы за несоблюдение требований в части воспитания и содержания детей, но и помогает семьям преодолеть возникшие у них проблемы. Ситуации в семьях бывают разные, и наша главная задача – им помочь, подставить плечо.
В прошедшем году, как и в прежние годы, мы помогали родителям собрать детей в школу – при том, что на эти цели были предусмотрены и президентские выплаты. С нашей стороны это была дополнительная помощь семье. В 2021 году мы оказали помощь в подготовке к новому учебному году более чем 13,5 тыс. детей, в том числе 5,5 тыс. оказали помощь в приобретении одежды и обуви. Это тоже, безусловно, способствует повышению роли комиссии в муниципальном образовании, укреплению доверия к ней граждан, населения. Поэтому люди говорят: «Если где-то тебе не помогли – иди в комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав, там тебе точно помогут!».
Немаловажная составляющая нашей работы – оказание правовой помощи семьям. Помогаем людям разрешать проблемные ситуации, писать заявления в различные инстанции, выправлять документы для получения субсидий, консультируем по вопросам семьи и детства.
Приходится много заниматься гражданами, которые приезжают к нам из-за рубежа и в силу каких-то обстоятельств попадают в сложные ситуации. В таких случаях приходится взаимодействовать с посольствами разных государств. В большей степени это касается лиц, приезжающих из Ближнего зарубежья, стран СНГ. Есть случаи, когда помогали иностранным гражданам вернуться на родину или помогали гражданам России вернуться домой, в свой субъект, когда у людей просто не было денег на обратную дорогу. Я не говорю, что мы помогаем всем и всегда в ста процентах случаев, но в большинстве ситуаций вопросы, по которым к нам обращаются граждане, решить все же удается.
В. ШМАТКОВ: Московская область – один из немногих субъектов Российской Федерации, где нет проблемы с демографией: население области, в том числе и детское, постоянно увеличивается.
Е. ЗДОБНОВ: Это действительно так. За последние восемь лет, с приходом на пост губернатора А.Ю. Воробьева, в области наблюдается прирост детского населения в среднем на пятьдесят тысяч человек в год, то есть детей за последние восемь лет стало на четыреста тысяч больше. Совершенствуется инфраструктура детства. Развивается социальная сфера: здравоохранение, образование, транспорт, культура, спорт... Честно скажу, я рад, что живу в Подмосковье – за последние годы оно преобразилось, изменения во всех сферах жизни произошли колоссальные. Я их вижу воочию: вижу парки, в которых можно гулять с детьми, вижу, как изменились библиотеки, клубы, места досуга и отдыха, вижу, сколько ежегодно вводится социальных объектов: детских садов, школ, спортивных комплексов. И вижу, как в Московской области изменился сам подход к развитию социальной сферы.
В. ШМАТКОВ: Наверное, тут можно говорить и о хорошем взаимодействии администраций Москвы и Московской области. Практически все основные вопросы жизнедеятельности двух субъектов, входящих в Московский регион, их властями решаются сообща.
Е. ЗДОБНОВ: В решении ряда вопросов, если говорить именно об инфраструктурном развитии, мы, конечно, не можем обойтись без участия Москвы. Кстати говоря, и с Московской городской межведомственной комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав мы тоже взаимодействуем. Многие вопросы в рамках такого взаимодействия приходится решать оперативным путем – например, это касается участия несовершеннолетних в употреблении, сбыте, распространении наркотических веществ.
В. ШМАТКОВ: Вот об этом, о состоянии детской преступности в Московской области, давайте поговорим.
Е. ЗДОБНОВ: Могу сказать, что в Подмосковье криминогенная обстановка в отношении преступности несовершеннолетних на протяжении целого ряда последних лет остается стабильной с положительной динамикой. Детская преступность у нас сокращается при увеличении численности детского населения. Вместе с тем меняется ее структура. Отмечается увеличение числа тяжких и особо тяжких расследованных преступлений, совершенных несовершеннолетними. Но, опять же, это связано с достаточно длительными сроками расследования подобных преступлений. Если бы статистика формировалась по возбуждении уголовного дела, то картина, конечно, была бы иной. Такие дела, как правило, переходят с прошлых лет.
Надо иметь в виду и то, что численность детского населения у нас в области постоянно растет, за последние годы она увеличилась на тридцать с лишним процентов, а количество преступлений несовершеннолетних при этом сокращается. И минувший год в этом отношении не был исключением. Надо сказать, что Московская областная и муниципальные комиссии области активно взаимодействуют с органами внутренних дел. Мы тесно сотрудничаем с Информационным центром МВД, анализируем динамику детской преступности, стараемся разобраться, почему по каким-то составам преступлений происходит рост, принимаем меры.
Принят и действует Порядок направления специальных сообщений по тяжким и особо тяжким преступлениям несовершеннолетних, а также преступлениям в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ. Когда в отношении подростка возбуждается уголовное дело, информация из правоохранительных органов поступает в аппараты муниципальных комиссий, которые в короткие сроки информируют об этом аппарат комиссии области, мы знаем об обстоятельствах и условиях совершенного преступления, имеем сведения о ребенке, его законных представителях и о многом другом.
К нам поступают также спецсообщения о гибели и травмировании детей и подростков, о несчастных случаях с их участием, преступлениях в отношении них. Всего за год мы получаем порядка пяти-шести тысяч таких спецсообщений, и все они в Московской областной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав должным образом обрабатываются. Мы не просто собираем информацию, но и ведем соответствующие базы, готовим аналитические материалы.
Большое место в нашей деятельности занимает работа по выявлению безнадзорных, беспризорных детей, нуждающихся в социальной реабилитации, а также работа в рамках закрепленного за нами блока по гибели и травматизму детей и подростков. Отдельно идут суициды несовершеннолетних – тоже очень серьезное направление.
Могу сказать, что все органы профилактики Московской области завязаны на той информации, которая аккумулируется, обобщается и анализируется в аппаратах комиссий по делам несовершеннолетних. Мы не жадничаем, подготовленные документы, аналитические материалы рассылаем во все ведомства системы профилактики, стараемся из общего объема поступающей нам информации выбирать какие-то яркие примеры, относящиеся к компетенции органов здравоохранения, социальной защиты населения, опеки и попечительства и др. Стараемся, чтобы информация была содержательной, объемной, а главное – полезной для них.
В. ШМАТКОВ: О преступности несовершеннолетних мы поговорили. Другая болевая точка – детские суициды. Последнее время разговоры в прессе об этом страшном явлении современной действительности несколько поутихли, но напряженность проблемы не спадает, ситуация к лучшему не меняется.
Е. ЗДОБНОВ: Это очень больная тема. Если честно, у нас на разговоры о суициде несовершеннолетних действует табу, и я расскажу, почему. Мы стараемся эту тему не обсуждать на наших совещаниях и семинарах, потому что как только включаем данный вопрос в повестку какого-либо мероприятия, прилюдно его обсуждаем, то в скором времени по необъяснимым причинам происходит всплеск детских самоубийств...
В. ШМАТКОВ: Не буди лихо, пока оно тихо.
Е. ЗДОБНОВ: Вот именно. Тем не менее вопросы детских суицидов рассматриваем на заседаниях областной комиссии. Анализы всех подобных фактов у нас есть, фиксируется их динамика.
Суициды, гибель, травматизм, самовольные уходы детей, детская преступность – все это постоянно находится в режиме ежедневного мониторинга областной и муниципальных комиссий по делам несовершеннолетних и защите их прав Московской области. Что же касается случаев детского суицида, суицидальных попыток, то тенденция здесь на сегодняшний день негативная, число их не сокращается, а растет. Увеличивается, к великому сожалению, количество детей, которых мы теряем.
В. ШМАТКОВ: В каком возрасте несовершеннолетние чаще совершают попытки суицида?
Е. ЗДОБНОВ: Возраст разный, но чаще это подростки четырнадцати-шестнадцати лет, есть старше, есть младше. Сводят счеты с жизнью даже дети десяти-одиннадцати лет, но такие случаи единичные. Причины разные. В большей степени это проблемы в семье, во взаимоотношениях со сверстниками, какие-то сиюминутные порывы. В меньшей степени – влияние Интернета.
И тут еще раз хочется призвать родителей адекватно реагировать на учебу детей, не перегибать палку в погоне за их высокой успеваемостью и образовательной успешностью. Есть в нашей практике случаи, когда родители перебарщивают, нагружают детей обучением сверх всякой меры.
В. ШМАТКОВ: Показательно, что к суициду прибегают, как правило, хорошие, благополучные, домашние дети. Подростки с девиантным поведением, с плохой успеваемостью гораздо реже выказывают намерение свести счеты с жизнью.
Е. ЗДОБНОВ: Могу привести прошлогодний случай. Девочка, которая хорошо училась, росла в нормальной семье, готовилась к ЕГЭ, к экзамену по сочинению. Отчим ее тренировал и в порядке подготовки к экзамену заставил написать шесть сочинений. После этого, выражая протест против издевательств над собой, девочка наглоталась таблеток, и родители были вынуждены ее откачивать. На следующий день она, как обычно, пошла в школу. Когда из нее вернулась, спросила у младшей сестры, дома ли отчим, и, получив положительный ответ, вышла из дома через распахнутое окно. Квартира, в которой произошла эта трагедия, находится на девятнадцатом этаже...
По детским суицидам мы работаем в тесном взаимодействии с областным Следственным комитетом. На пульсе всегда держит руку Уполномоченный по правам ребенка в Московской области Ксения Мишонова. В рамках межведомственного взаимодействия по всем таким фактам мы получаем копии процессуальных решений, посмертных экспертиз.
Стараемся, конечно, работать на предупреждение случаев суицида несовершеннолетних. Информируем и детей, и родителей, что у нас есть службы и специалисты, которые могут помочь в сложных ситуациях, что в Московской области работает Единый детский «телефон доверия». Родителям рассказываем о том, почему несовершеннолетние решаются на такой шаг, как надо строить отношения с детьми, чего нельзя делать, чтобы избежать трагедии. От работников организаций образования, здравоохранения и других, занимающихся детьми и семьями, требуем, чтобы они обращали внимание на внешний вид, состояние, поведение детей, и если заметили какие-то отклонения в этом, выясняли причины и принимали меры.
Случаи детского суицида детально изучаются. В Московской области есть Академия социального управления, при которой действует специальная служба. Ее представители разбираются по каждому такому факту, выясняют, по каким причинам это произошло, какая работа велась в школе, разговаривают с учащимися и педагогами. Для участников образовательного процесса это тоже большая утрата, потеря, тяжелый стресс, негативные эмоции: ребенок еще вчера был с ними, а сегодня его уже нет. Мы стараемся комплексно работать с теми, кто был свидетелем разыгравшейся трагедии. Подключаем медицинских работников, занимающихся суицидальной проблематикой. Они участвуют во всех наших профилактических мероприятиях такого рода.
Тем не менее число суицидальных проявлений со стороны детей растет, чему способствует и неблагоприятная обстановка, связанная с продолжающейся уже два года эпидемией COVID-19. Все эти ограничения создают нездоровый фон и негативно влияют на настрой, психическое состояние несовершеннолетних.
В такой ситуации родители тем более должны быть внимательными к своим детям, чутко улавливать перемены, происходящие в их поведении, настроении, мыслях. Наверное, родителям не следует чрезмерно наказывать ребенка за то, что тот получил плохую отметку, что-то сделал не так. Им не надо перебарщивать, предъявлять к ребенку повышенные требования. Наоборот, надо всемерно его поддерживать. И неважно, что у него не все получается в школе, что он не преуспевает в учебе. Вполне может быть, что в будущем ребенок раскроется в чем-то другом, например, станет успешным предпринимателем, музыкантом или проявит себя как мастер – золотые руки...
В. ШМАТКОВ: Последние годы острее обозначилась проблема детской наркомании, употребления несовершеннолетними психоактивных веществ. Дети и подростки все активнее вовлекаются криминальными структурами в сбыт и распространение наркотиков. Как в этом отношении обстоят дела в Московской области?
Е. ЗДОБНОВ: Такая проблема есть. Количество расследованных совершенных несовершеннолетними преступлений, связанных с наркотиками, в Московской области выросло. И, честно сказать, я не знаю, как это оценивать. С одной стороны, это хорошо, потому что в данном случае можно говорить об эффективной работе правоохранительных органов, активно выявляющих подростков – потребителей, хранителей, перевозчиков, закладчиков, сбытчиков наркотиков. Благодаря этому мы знаем организации, где эти подростки учатся, знаем очаги данной проблемы, знаем, где у нас «горит».
С другой стороны, настораживает то, что не всегда люди, работающие с такими детьми, прежде всего – педагоги образовательных организаций, проявляют к ним должное внимание и подобающим образом реагируют на их поведение. Уж кто-кто, а классные руководители просто обязаны видеть происходящие в поведении ребенка изменения. Ведь когда ребенок излишне возбудим или, наоборот, ушел в себя, замкнулся – все это видно. Другой вопрос, хочет ли педагог обращать на это внимание.
Поэтому, что касается правоохранительного блока, то да, работа по пресечению преступлений несовершеннолетних, связанных с наркотиками, ведется; такие преступления выявляются, расследуются, дела по ним доводятся до суда. И это хорошо, потому что если подобные случаи мы не будем выявлять, то не будем знать, где необходимо усилить работу в данном направлении.
Сведения о несовершеннолетних, употребляющих наркотики, мы аккумулируем в аппарате Московской областной комиссии и направляем в областные Управление наркоконтроля, Главное управление региональной безопасности, Прокуратуру, Министерство образования, Министерство здравоохранения. Один раз в полгода по данной проблематике готовим аналитические материалы, развернутые таблицы. Мы держим руку на пульсе и реально знаем, где и что в этом плане происходит. Это у нас хорошо отработано.
Однако в начальный период моей работы на данном участке возникали определенные трудности, связанные с тем, что у каждой муниципальной комиссии видение проблемы было свое, соответственно и анализ ситуации ими предлагался свой. Решению проблемы способствовал переход на ежедневное императивное получение сведений, спецсообщений по таким фактам. Это дало нам возможность избавиться от субъективизма в аналитической работе. Аккумулируя все эти сведения, упорядочивая их, мы избавились от необходимости запрашивать какую-то дополнительную информацию по участию детей в преступлениях, связанных с наркотиками, поскольку у нас на этот счет есть официальная статистика. Для того чтобы сделать правильные выводы и расставить необходимые акценты, нам вполне достаточно официально поступивших к нам материалов.
В. ШМАТКОВ: Проблемы детей, как правило, вытекают из проблем родителей. Давайте поговорим о проблемных семьях. Как в Московской области обстоят дела с постановкой семей на профилактический учет, лишением родителей родительских прав?
Е. ЗДОБНОВ: Здесь у нас тенденции нормальные, можно сказать, хорошие. Сокращается количество родителей, лишенных родительских прав, число семей, находящихся в социально опасном положении. Перед всеми субъектами системы профилактики сегодня стоит задача сохранить ребенка в семье, но не ценой его, ребенка, жизни, а путем решения проблем семьи. Да, здесь есть проблемы. Есть случаи, когда мы просто не можем не выйти в суд с исковым заявлением о лишении родителя родительских прав. Мы это делаем для того, чтобы защитить права ребенка, прежде всего, его право на жизнь. Лишение родительских прав – это крайняя и всегда отсроченная мера. Прежде чем к ней прибегнуть, с проблемными родителями всегда проводится большая, нередко многолетняя работа. И только тогда, когда она не приносит результатов, приходится прибегать к лишению родительских прав.
Я могу привести случай, имевший место в городском округе Балашиха. В позапрошлом году мы столкнулись с такой ситуацией: многодетная семья проживает в маленькой квартире, при этом помимо детей там содержатся два десятка собак, два десятка кошек и полностью не соблюдаются правила гигиены. Эта история обошла все телеканалы и печатные издания. Когда мы стали детально изучать, почему относительно этой семьи за многие годы не был кардинально решен вопрос с лишением родителей родительских прав, то оказалось, что с данной семьей на протяжении всех этих лет работала одна известная некоммерческая организация, которая блокировала в суде принятие такого решения. Пять раз муниципальные орган опеки и попечительства и комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав выходили в суд с соответствующими исковыми заявлениями и все пять раз получали там отказ. А все потому, что представители НКО заверяли суд, что с семьей проводится большая работа и у семьи имеется потенциал для выправления ситуации. Однако положение дел там не менялась годами. Эту семью еще в бытность свою председателем Московской областной комиссии лет семь-восемь назад посещала Л.И. Тропина и разбиралась с ее проблемами. Представляете, сколько с тех пор утекло воды? Это очень затяжная история.
Конечно, НКО – организации в нашей стране очень авторитетные. Но, ребята, если вы не можете изменить ситуацию к лучшему, зачем же препятствовать единственно возможному в данном случае решению? Ведь на кону – судьбы, здоровье, жизни детей! Весь дом жалуется на эту семью, потому что рядом с ней жить просто невозможно. Жилое помещение приведено в ужасающее состояние. А нам волонтеры говорят: «Все нормально, там дети вполне могут находиться!». Когда в очередной раз, шестой по счету, комиссия подала в суд исковое заявление о лишении родителей этого семейства родительских прав, судья решила сама посмотреть, что в этом доме происходит, и устроила на месте выездное заседание суда. Увидела все своими глазами – и пришла в ужас...
Конечно, в таких обстоятельствах бывает лучше, правильнее решить вопрос кардинально. Но пока продолжались все эти препирательства с НКО и суд отклонял наши ходатайства, дети в этой семье росли. Когда, наконец, решение о лишении родителей родительских прав судом было принято, одна девочка, воспитывающаяся в этой семье, стала совершеннолетней. У нее возникло право на однократное обеспечение жильем, и ей государство предоставило однокомнатную квартиру. Смогла бы она каким-нибудь образом улучшить свои жилищные условия, если бы не такое стечение обстоятельств? Конечно, нет. А тут, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Государство дало возможность молодой девушке уйти от той безысходности, в которой она по вине своих родителей пребывала на протяжении всей своей жизни.
Во всех ситуациях надо исходить из интересов детей. И есть случаи, когда действительно лучше лишить родителей родительских прав, чем оставлять детей в семье в таких условиях, в которых жить нельзя.
В. ШМАТКОВ: Можете ли вы выделить главное в вашей работе, то, что составляет ее суть? Ведь за каждодневными рутинными делами, валом перерабатываемой информации, огромным документооборотом, наверное, существует риск настолько во все это врасти, что именно подготовка отчетов и справок, исков и обращений, писем и заявлений станет главной сутью этой деятельности.
Е. ЗДОБНОВ: Конечно, работу с документами никто не отменял, но у нас есть несколько актуальных тем, которым мы уделяем первостепенное внимание. Первое: ребенок должен жить в семье, семья должна быть благополучной, и мы всеми своими ресурсами должны этому способствовать. Второе: судебная защита прав детей, потерпевших в результате преступлений, направленная на возмещение и компенсацию морального вреда, ущерба, причиненного имуществу несовершеннолетних. Это те иски, которые у нас готовят аппараты муниципальных комиссий. Я знаю, что по стране такая практика небольшая, однако девятая статья 120-го Федерального закона позволяет нам это делать, ни один из органов профилактики не лишен такого права. И мы решили, что этим органом профилактики будет комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав.
Рассматривая постановления об отказе в возбуждении уголовных дел, когда, например, одни подростки нанесли ущерб другим, родителям разъясняются их право на обращение в суд, возможности обратиться в комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав, чтобы та подготовила соответствующий иск. По данному направлению мы активно работаем с 2019 года, за два года судебная практика положительная, и областной суд нас в этом поддержал, подтвердив, что такое право у муниципальной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав есть. За это время муниципальными комиссиями предъявлено в суды более ста исков. Среди них есть иски, которые рассматривались в судах других субъектов Российской Федерации.
И, наверное, еще одна острая на сегодняшний день тема – это семейные споры, чем комиссиям по делам несовершеннолетних и защите их прав тоже приходится много заниматься.
Журнал "Инспектор по делам несовершеннолетних"
Made on
Tilda